Программы и предложения по реализации концепции “привлечения”
Россия
Глава VIII. Меньше шума, больше дела
У российских экспертов по “АТР” и РДВ нет недостатка в предложениях по “интеграции” России в “АТР”, по вытягиванию РДВ их затянувшегося кризиса. Основой этих предложений являются национальные интересы России, реализовывать которые почему-то должны иностранные государства. Но, поскольку у зарубежных государств существуют свои национальные и коммерческие интересы, которые чаще всего не совпадают с нашими интересами, большинство выдвигаемых предложений вот уже на протяжении как минимум десяти лет так и остаются темой для “говорильни” на всяческих симпозиумах и конференциях. Чтобы выйти из этого тупика, необходимо сделать так, чтобы наши национальные интересы стали их интересами, т.е. превратить их в международные интересы.
Энергетический форум СВА
Одним из таких проектов может стать решение энергетических проблем стран СВА. Совершенно очевидно, что нашим основным экспортом как в настоящее время, так и в обозримом будущем является продукция, связанная с энергетическими ресурсами. Такая ситуация не должна обескураживать. Более того, именно энергетический фактор может оказаться реальным стимулятором интеграционного процесса в СВА. Нынешняя же проблема заключается в том, что крупномасштабные энергетические проекты в Сибири и на Дальнем Востоке реализуются в медленном темпе. Естественно, это связано с финансовыми трудностями, отсутствием новейших технологий и оборудования. Предполагалось, что эти проблемы будут решены за счет западных инвестиций. Но этого не происходит. Это тем более удивительно, если иметь в виду возрастающие энергетические потребности Китая и постоянную озабоченность Японии своей почти 90-процентной зависимостью от ближневосточной нефти.
В принципе, России, если иметь в виду относительно незначительный внутренний рынок РДВ в потреблении естественного газа и нефти, крупномасштабные проекты не нужны. По большому счету, в большей степени они необходимы именно странам СВА. Кроме того, соединение российской нефти и газа с трубопроводами, пролегающими по территории Китая, Японии, Монголии и двух Корей формировали бы критическую массу для начала интеграционных процессов в указанном экономическом пространстве. При этом надо иметь в виду, что большое количество капитала, необходимого для реализации этих планов, требует многосторонних усилий всех стран СВА. Они не могут быть решены на двусторонней основе (например на базе различного вида договоров между КНР и Россией).
Отсутствие прогресса в этой сфере мотивируется множеством причин, но одна из них заключается в том, что весьма влиятельные круги в Японии опасаются ставить под угрозу свои экономические интересы чрезмерной завязкой на российские ресурсы. Другая — переговорные процессы по проектам осуществляются на двусторонней основе. То есть эта проблема не интернационализирована.
Россия могла бы в этой связи выступить с предложением, например, в рамках той же АТЭС о создании Энергетического форума СВА (ЭФ СВА) как компактной международной организации, имеющей целью аккумулировать фонды государственных и частных источников для их инвестирования в крупномасштабные проекты Сибири и РДВ. Мировая практика показывает, что проекты таких масштабов гораздо легче осуществлять совместными усилиями правительств на многосторонней основе. Энергетический форум СВА как постоянно действующий институт мог бы стать штабом по распечатке масштабных энергетических резервов и тем самым внес бы вклад в экономический рост и экономическую безопасность региона.
Концепция “развивающейся территории”
Одним из неординарных ходов по “вовлечению” ресурсов на РДВ является реализация концепции “развивающейся территории”. Суть ее состоит в следующем.
Если отвлечься от военного и ядерного потенциала, то по своим ключевым экономическим параметрам Россия сейчас представляет развивающуюся страну. Поэтому в этой связи многими экспертами, в основном японоведами, высказывается идея придать Дальнему Востоку или Дальневосточному федеральному округу статус развивающейся территории. (В свое время правительство Японии аналогичный статус придало Хоккайдо и Окинаве.) В таком случае появляется возможность обратиться к международным организациям за официальной помощью развитию. Следует напомнить, что, например, Япония выделяет из своего бюджета по статье ОПР около 15—20 млрд долл. ежегодно. Прецедент есть: бывшие наши азиатские республики охотно приняли этот статус развивающихся территорий и сейчас начали получать деньги от развитых стран.
Однако ясно, что Россия вряд ли получит ОПР, если выступит с этой инициативой только для себя. Эта проблема опять же должна быть интернационализирована. Значительно больше шансов на успех, если она выступит с инициативой провозглашения статуса “развивающихся территорий” не только РДВ, но и Монголии, Северной Кореи и Северо-Востока Китая. Предложив одновременно создание подкомитета при АТЭС, который и определял бы масштабы и источники ОПР.
Банк развития Дальнего Востока
Уже не первый год среди специалистов и экспертов по “АТР” обсуждается идея создания специализированного регионального Банка развития российского Дальнего Востока (БР РДВ), в функции которого входила бы работа по привлечению иностранных инвестиций, кредитование крупных инвестиционных проектов на территории Дальнего Востока и Сибири, а также российских инвестиционных проектов в странах Восточной Азии, работа с региональными, отраслевыми и коммерческими банками, предоставление кредитов под крупные торговые сделки на уровне межгосударственных соглашений и совместных региональных проектов, включая проекты по линии приграничной торговли и др. Такой многосторонний Банк, который мог бы действовать как независимо, так и в связке с МВФ и Азиатским банком развития (АБР), мог бы генерировать ресурсы от частного бизнеса стран СВА и ускорять экономические связи в регионе. Естественно, его участниками и вкладчиками могут быть и иностранные юридические лица, хотя контрольный пакет должен принадлежать российскому правительству.
Существует также необходимость создать Фонд страхования стран СВА, который мог бы гарантировать интересы инвесторов от политических и экономических рисков. Для того чтобы такой Фонд заработал, российское правительство должно решить проблему ликвидности громадного национального богатства, которое не используется продуктивно. В частности, федеральные и региональные власти могли бы договориться обеспечить гарантии Фонда страхования ликвидными национальными активами, прежде всего за счет подтвержденных естественных ресурсов (нефть, газовые месторождения, золото, бриллианты и т. д.). Должно быть очевидным, что без создания финансовой инфраструктуры, специально сконцентрированной на РДВ, все проекты и предложения останутся втуне.
Конференция по экономическому сотрудничеству в СВА (КЭС СВА)
Каждый субрегион Тихоокеанского бассейна обладает своей спецификой и уникальностью. СВА в этом смысле не является исключением. Более того, именно здесь разнообразие элементов, образующих целостность подрегиона, представляет собой обостренно противоречивый характер. Уникальность подрегиона состоит и в том, что в будущем он может стать одним из мировых экономических центров. И в то же время он таит в себе колоссальный потенциал опасности, способный нести угрозу стабильности и безопасности без преувеличения всему миру.
Учитывая все это, многими учеными и политиками вот уже на протяжении многих лет выдвигается идея создания специальной организации нечто типа Конференции экономического сотрудничества в СВА (КЭС СВА) для решения проблем, касающихся зоны СВА. Впервые она была предложена в 1992 г. на одной из международных конференций в Чаньчуне (КНР) по инициативе группы ученых из США (Гавайский центр “Восток — Запад”), Японии, Китая и России. Был даже опубликован специальный Меморандум по этому поводу. Тогда на фоне только что созданного (в 1989 г.) АТЭС она не получила поддержки со стороны правительств стран СВА. Однако ныне, когда становится все более и более очевидным неэффективность АТЭС в деле “управления” процессами в “АТР”, идея создания КЭС СВА может оказаться актуальной и востребованной всеми заинтересованными акторами СВА.
Эта Конференция наряду с Банком развития Дальнего Востока и Фондом страхования могли бы стать первыми кирпичиками в фундаменте интеграционного пространства СВА.
Подготовка внутренней инфраструктуры
Комплексный подход к реализации задач интеграции Дальнего Востока с СВА предполагает предоставление дальневосточным районам Российской Федерации определенной экономической автономии при сохранении политического суверенитета России над данной территорией. Необходимо иметь в виду, что Россия вследствие своей величины и огромного разнообразия природно-географических и экономических условий не может рассчитывать на одномоментное вхождение в мировую экономическую систему. Поэтому предложение о предоставлении Дальнему Востоку особого экономического статуса, который может заключаться в таможенной автономии региона и создания других благоприятных предпосылок для его включения в единое экономическое пространство с сопредельными регионами других стран в определенной степени базируется на опыте открытия внешнему миру китайской экономики. К тому же относительно скромный удельный вес Дальнего Востока в населении и промышленном производстве Российской Федерации позволяет относительно безболезненно выделить данный регион в территорию с особым экономическим статусом.
В качестве конкретных шагов следует предложить прежде всего формирование льготного (упрощенного) пограничного и таможенного режима в районах, прилегающих к КНР.
Эта политика на территории Сибири и Дальнего Востока может осуществляться в несколько этапов: 1) создание таможенных зон российско-китайской торговли на пограничных переходах Маньчжурия — Забайкальск, Гродеково — Суйфэньхэ, Благовешенск — Хэйхэ и др.; 2) создание свободных экономических зон в российских городах на границе с КНР, где имеется необходимая инфраструктура для бизнеса — Благовещенск, Хабаровск, Уссурийск, Бикин; 3) принятие закона о совместных предприятиях на территории трех-четырех областей Дальнего Востока России, граничащих с КНР — Приморский и Хабаровский края, Амурская и Читинская области, предоставляющих иностранным предпринимателям такие же льготы, как на сопредельной территории в КНР; 4) принятие закона о зонах технико-экономического развития на базе Академгородков во Владивостоке, Хабаровске, Иркутске и Новосибирске.
В систему поощрительных мер должны быть включены государственные преференции тем производителям, которые в производстве поднимаются на более высокие ступени технологии, например снижение транспортных тарифов для продукции глубокой переработки сырья, снижение таможенных тарифов при экспорте продукции этого вида и т.д.
В дальнейшем здесь сформируются зоны свободной торговли, после чего режим переносится на всю территорию Дальнего Востока. Формирование льготного таможенного и инвестиционного режима на территории РДВ позволит также привлечь сюда российские капиталы и свободные средства населения (пусть даже первоначально это будет происходить под флагом иностранного капитала), как это и происходит в свободных зонах КНР, а также восточных провинциях Китая в целом.
В качестве последующих шагов по формированию единого экономического пространства РДВ и сопредельных территорий можно предложить постепенное ослабление ограничений на свободное перемещение капитала, услуг, технологий и рабочей силы, интеграцию энергетических и транспортных систем и т.д.
В этой связи особенно хотелось бы подчеркнуть: принятие решений о развитии свободных экономических зон, таможенных зон и зон технико-экономического развития должно на первом этапе сопровождаться выделением необходимых инвестиций со стороны государства для развития местной инфраструктуры. Уповать на частный бизнес было бы очередной иллюзией. Практика КНР и многих других стран постоянно подтверждает одну простую истину: частный бизнес идет только в хорошо подготовленную инфраструктуру. Создать ее - задача государства.
Миграционная и иммиграционная политика
В средствах массовой информации притчей в языцех стала тема о “желтой опасности”, т.е. нелегальной миграции китайцев в районы РДВ. В этой связи приводятся совершенно фантастические цифры (от 500 тыс. человек до миллиона и больше). Хотя и в не таких пугающих масштабах, тем не менее проблема существует. Но это проблема отсутствия законодательной базы в отношении миграции. В Канаде и США количество китайцев в десятки, если не в сотни раз превосходит их наличие в России, однако проблем с ними нет. Поэтому настала пора создать свод законов и правил, регулирующих иммиграционную политику в России вообще со специальными разделами для Сибири и Дальнего Востока в частности.
На самом же деле необходимо подумать о более масштабной иммиграционной политике. Всем известна проблема малонаселенности РДВ, которая усугубляется продолжающимся оттоком населения из этих районов. Ожидать притока туда людей из других районов России представляется нереальным. Такая ситуация вынуждает поставить новую задачу: привлечение эмигрантов из других стран, не только из СВА. Примером такой политики являются США и особенно Канада. В XIX веке западные территории США и Канады (Калифорния, провинция Британской Колумбии) осваивались прежде всего эмигрантами из Китая. И в настоящее время экономика этих частей развивается в значительной степени благодаря иммигрантам из Азии. Задача состоит в том, чтобы мигранты превратились в иммигрантов, подчиняющихся общим законам страны-реципиента.
* * *
Подводя итого, следует еще раз подчеркнуть: экономические позиции России в СВА весьма слабы. Они еще менее заметны в более широком регионе — Восточной Азии. У Москвы нет достаточных финансовых и экономических ресурсов для масштабного экономического внедрения в СВА. Но у нее есть потенциальные возможности для привлечения стран подрегиона на территорию РДВ. Превращение потенциальных возможностей в реальные зависит от рациональной политики, от отказа от иллюзорных надежд вхождения в “АТР”, от тонкого просчета возможностей России и готовности зарубежных государств сотрудничать с ней. Русские должны постоянно помнить: выигрывает тот, кто умеет считать.
Если же руководство страны сохранит нынешнюю систему взаимоотношений с РДВ, со странами СВА, то оно рискует в худшем случае через некоторое время вообще остаться без Дальнего Востока, в лучшем — поиметь регион, который будет называться “Международно-криминально-сырьевой зоной” Северо-Восточной Азии.
© Олег Арин
Персональный сайт
При полном или частичном использовании материалов ссылка на olegarin.com обязательна
